Голда и Циля сидели на лавочке, их дети мирно играли в песочнице, а первые лучи весеннего солнца нежно скользили по детской площадке.

— Как хорошо быть где угодно, только не дома, — протянула Циля.

— Да уж, свежий воздух. Как надоела эта зима! Как хорошо погреться, отвлечься, посмотреть на людей, — ответила ей Голда. — Жалко, что мой Михл этого не понимает. Он бы сидел в компьютере днем и ночью, зимой и летом, с перерывами на обед.

Она сказала об этом и сразу же пожалела. Но слово — не воробей. Зачем? Циля не такая уж близкая подруга. «Ну да ладно, всё равно полегчало…» — подумала Голда.

— Ладно тебе, Голда, это сейчас все мужчины такие, — поддержала её Циля. — Хорошо, что ему это сидение за компом хоть деньги приносит. Это ведь счастье, когда не нужно переживать, чем кормить детей всю неделю и где взять продукты на Шаббат.

— Деньги — это не всё. Нужно посвящать время детям и жене. Мне, честно, так надоедает видеть его взгляд, устремленный в одну точку. Все покупки я делаю сама, все решения о детях принимаю сама. В магазин хожу сама. Всё сама!

Голда разгорячилась. Ей хотелось говорить еще и еще. Циля внимательно слушала. Ей было интересно. Раньше она думала, что семья её подруги Голды крепкая, сильная, надежная — такое впечатление они производили со стороны. А оказывается, у них тоже проблемы. Циля днями и ночами пилила своего мужа, чтобы он искал работу. Он не спешил: строил с детьми модели из лего, собирал пазлы, выходил с ней за покупками, бывал в школе на собраниях. Она решила дать подруге совет:

— Пусть учителя из школы начинают писать ему сообщения о собраниях. А ты придумай причину, почему не можешь пойти. Пусть сходит, узнает много интересного.

— Ой, Циля, не сыпь мне соль на рану. Он даже не знает, где находится школа.

— Сходите как-нибудь вместе.

На этом этапе Голда начала сильно жалеть о том, что поделилась с подругой. Она перевела тему, и беседа спокойно потекла в новом направлении: о погоде, о магазинах, о новостях. И всё же, придя домой, Голда сказала Михлу:

— Вот скажи мне, Михл, ты знаешь вообще, как Мойше закончил этот год?

— Ну, наверное, сидя за партой, — отшутился он.

— Михл, я хочу, чтобы ты сходил к нему на собрание.

— А что случилось?

— Ничего, просто его учитель даже не знает, как выглядит отец нашего мальчика.

— А что, я как-то особенно выгляжу?

— Михл, ты шутишь, а меня это раздражает. Посмотри, ты вообще ничего не видишь. Ничего не слышишь. Я так не могу! Вот посмотри, муж Цили сделал дома ремонт своими руками…

— Ну так иди и живи с мужем Цили! Тебе понравится. В их квартирке уже живет восемь душ, будешь девятой.

— Зачем ты это начинаешь?

— Это ты начала. Вечно выносишь сор из дома.

Михл был прав и не прав одновременно. Голда чувствовала, что сама не справится с этой ситуацией. Ей нужно было выговориться. Но кто может послушать её так, чтобы это не принесло вреда семье? Нужна мудрая женщина. Для Голды примером мудрости была её ребецн. Она договорилась о встрече и излила ей всё, что было на сердце. Ребецн ответила:

— Голда, у тебя прекрасный муж. Ты видишь в нем недостатки, и это нормально. Жена должна исправлять своего супруга, продвигать его к новым вершинам.

— Как?

— С любовью и терпением. Если бы ты сама чего-то захотела, он бы, скорее всего, пошел тебе навстречу. Он просто не хотел выполнять прихоти твоей подруги. Учитесь ставить общие цели и добиваться их. Лучше обратиться за профессиональной помощью, но только не выносить мужа на уличный суд без его ведома.

Голда согласилась и даже попросила у мужа прощения. Теперь началась сложная работа: отделить мысленно то, чего хочет она сама, от того, чему она завидует, глядя на подруг.

Впервые за долгие годы Голда посмотрела на себя в новом ракурсе: она — хозяйка и директор семьи, а муж — исполнительный менеджер. Если она озвучит цель, а не жалобу, Михл превратит её в действие.

Первым делом Голда захотела всё же сходить с мужем на родительское собрание, а по дороге домой они вместе заехали в пекарню за вкусняшками. Голда объяснила, что ребенка, который целый год хорошо учился, нужно обязательно поощрить. Команда ясна — программист сказал, программист сделал. Ребенок был доволен сладостям, а мама уже с удовольствием продумывала планы на будущее.